fbpx
Главная » Статьи » Тонкости формы вины: умысел или неосторожностьТонкости формы вины: умысел или неосторожность

Тонкости формы вины: умысел или неосторожность

Одной из важнейших проблем современного уголовного права является корректная квалификация формы вины в разных составах правонарушений. Крайне остро стоит этот вопрос, когда необходимо принять правильное решение с учетом разных мнений высших судов. Осложняет ситуацию для правоприменителя крайняя неопределенность в области законодательства.

Содержание:

Степень тяжести и форма вины

В соответствии с ч. 1 ст. 217 Уголовного Кодекса РФ за «нарушение правил безопасности на взрывоопасных объектах или во взрывоопасных цехах, если это могло повлечь смерть человека либо повлекло причинение крупного ущерба» предусмотрена соответствующая ответственность. Ч. 23 этой же статьи говорит, что вышеуказанное действие, из-за которого погибло двое и более лиц, карается тюремным сроком. Максимальный срок в рамках этого преступления – 7 лет.

В соответствии с ч. 3 и 4 статьи 15 Уголовного Кодекса РФ под правонарушением средней тяжести понимаются умышленные действия, за которые нарушитель может понести максимальное наказание в виде 5 лет лишения свободы. В содержании указанной статьи говорится, что за так называемые «неосторожные деяния» правонарушитель может быть лишен свободы на срок до 3 лет. Что касается тяжких преступлений, под ними понимаются умышленные действия, максимальное наказание за которые может достигать 10 лет тюремного заключения.

Статья 78 Уголовного Кодекса освобождает правонарушителей от уголовного наказания по истечении срока давности. Ответственность прекращается, если с момента происшествия прошло 6 лет для правонарушения средней тяжести и 10 лет для тяжкого преступления. Период давности рассчитывается со дня совершения противоправного действия до вступления судебного решения в силу.

В соответствии с вышеизложенным, проблема определения степени тяжести и формы вины особенно остро стоит в случае, если со дня преступления уже прошло 6 лет, а приговор суда до сих пор не был реализован. Поэтому расследование таких дел требует особенно тщательного подхода, опроса максимально возможного числа свидетелей и организации судебно-технических экспертиз. В силу подобных обстоятельств такие случаи могут расследоваться достаточно долго.

Определение формы преступления не может производиться исключительно по ч. 3 статьи 217 Уголовного Кодекса РФ со ссылкой на неосторожность. В рассмотрении возможности умышленного преступления необходимо использовать требования, перечисленные в статье 27 Кодекса. В ней говорится о том, что если правонарушение с умыслом имело тяжкие последствия, законом предусматривается более строгое наказание. Так, «уголовная ответственность за такие последствия наступает, только если лицо предвидело возможность их наступления, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение, или если лицо не предвидело, но должно было и могло предвидеть возможность наступления этих последствий. В целом такое преступление признается совершенным умышленно».

При рассмотрении дела, касающегося несоблюдения правил безопасности, в результате которых погибли люди, стороны привели доводы, доказывающие обе версии – умышленную и неосторожную.

В подтверждение умысла

Довод логико-юридический

Причинение ущерба материальному имуществу, здоровью и жизни человека полностью исключено при соблюдении требований безопасности при ведении соответствующей деятельности (и производственной тоже). Популярные теоретики и практики в области юриспруденции утверждают, что нарушение действующих на предприятии правил чревато указанными выше последствиями. Они могут происходить в неизбежном формате либо с повышенной степенью вероятности. Ввиду факта существования правил безопасности и их содержания, по мнению ученых, иные последствия исключаются.

Последующие рассуждения исследователей касаются соблюдения правил безопасности человеком, на которого возложено соблюдение правил. Если должностное лицо заведомо нарушает действующие правила безопасности, оно не может не понимать этого. Поэтому правонарушитель без сомнений понимает последствия. По мнению ученых, подобный факт не нуждается в доказательствах. Сотрудник осознает, что:

Соответственно, можно сделать вывод, что лицо, ответственное за правила безопасности, не могло подразумевать, что не возникнет аварийная ситуация, и удастся избежать смертельного исхода. Поэтому криминалисты делают вывод, что вина носит умышленный характер, ведь сотрудник был обязан и действительно мог предотвратить аварию и гибель людей.

Также учитываются два факта, что ответственное лицо:

Поэтому умысел можно признать косвенным и соответствующим части 3 статьи 25 Уголовного Кодекса РФ. В ней указывается, что правонарушение обладает косвенным умыслом, если уполномоченный сотрудник понимал и осознавал опасные последствия действий или бездействия для общественности. При этом не желал указанных последствий, однако допускал их осознанно или относился к ним безразлично.

В соответствии с вышеизложенными доводами, вина сотрудника, ответственного за соблюдение правил безопасности, не может трактоваться в формате небрежности или легкомыслия. Эти категории определяются законом в следующей форме:

  1. В соответствии с ч. 2 статьи 26 Уголовного Кодекса правонарушение может быть признано совершенным легкомысленно, когда нарушитель предвидел вероятность опасных для общества последствий своего бездействия или действий. При этом должностное лицо самонадеянно без каких-либо оснований предполагало предотвращение тотальных последствий.
  2. В соответствии с ч. 3 статьи 26 Уголовного Кодекса правонарушение может быть признано совершенным по небрежности, если сотрудник не предвидел возникновения опасных для общества последствий своего бездействия или действий. При этом он был должен и мог предвидеть развитие ситуации.

Ключевой довод исследователей, правда не сформулированный ими, заключается в том, что подтверждается факт функционирующих на предприятии правил и их понимание уполномоченным сотрудником (который прошел обучение и ознакомлен с содержанием документов). При этом содержание правил полностью должно исключать оценку причастности сотрудника к правонарушению и опасным последствиям с гибелью сотрудников следующего формата:

Формальный юридический аргумент

В целях доказательства умышленной формы вины юристы ссылаются на ч. 2 ст. 24 Уголовного Кодекса. В ней указано, что совершенное по неосторожности действие может быть признано преступлением, если это прописывается одной из статей Особенной части УК РФ. При этом в ч. 1 статьи 217 нет никакого указания на неосторожность, именно поэтому действие может признаваться неосторожным или умышленным. Ряд других исследователей говорят, что деяние может получать статус исключительно умышленного, обладающего косвенным умыслом.

Частью 1 ст. 217 Уголовного Кодекса предусматриваются опасные для общества последствия, которые являются признаками объективности действий. Среди таких обстоятельств: причинение серьезного материального ущерба, а также создание обстановки, при которой возникает реальная угроза жизни человека и риск смертельного исхода.

В подтверждение неосторожной вины

Аргумент логико-юридический

Очевидным является утверждение, что несоблюдение действующих правил неизбежно приведет к опасным последствиям. Именно для их исключения документ вводился в действие. Несмотря на это, закон не следует заданной логике. В соответствии с ч. 1 статьи 217 Уголовного Кодекса действие может быть признано преступным не в результате нарушения правил безопасности, а только в случае возможности гибели человека или причинения значительного материального ущерба. В соответствии с законодательством, само по себе нарушение далеко не всегда чревато опасными последствиями.

Существует определенная разница между преступным легкомыслием и косвенным умыслом. Преступное легкомыслие сотрудника связано с самонадеянностью и расчетом на предотвращение тотальных последствий. Понимаемая и осознаваемая типичность значительно ниже, чем при умысле, ненаступление последствий неверно, и нельзя говорить, что у сотрудника совсем не было подобного расчета.

Косвенный, непрямой умысел подразумевает, что ответственное лицо не желает опасных последствий, но допускает их и относится к ним с безразличием. Высокая вероятность возникновения аварийных ситуаций осознается, что не оставляет оснований рассчитывать на ненаступление опасных последствий.

При рассмотрении подобных дел важно учесть тот факт, что должностные лица и другие сотрудники, которые не один раз нарушали правила безопасности без каких-либо последствий, убеждены, что авария не произойдет вовсе. Используя язык закона, ответственный предвидит возможность аварийной ситуации, но не видит такой возможности. Он не допускает происхождения опасных последствий, при этом понимает, что если они произойдут, случатся смерти, остановится производство, а сам он попадет в тюрьму. Поэтому можно утверждать, что уполномоченный сотрудник рискует жизнями коллег, материальными ценностями собственника предприятия и собственной свободой. Ввиду действия внутренних правил безопасности, которые ответственный осознанно нарушает, подобный риск абсолютно недопустим. В соответствии со ст. 41 Уголовного Кодекса, нет извинительных обстоятельств, которые могли бы исключить преступность деяния.

Формальный юридический аргумент

Ввиду максимально неопределенного содержания части 2 статьи 24 Уголовного Кодекса РФ, в трактовании текста закона не сходятся высшие судебные инстанции.

С учетом положений указанной статьи Верховный Суд предполагает, что если форма вины не конкретизируется, то правонарушение может быть признано совершенным по неосторожности или умышленно. Для этого необходимо подтверждение, свидетельствующее о содержании, способах действий, а также объективный взгляд на состав преступления.

Что касается Конституционного Суда, он имеет суждение, противоположное вышеуказанному. Согласно его заключению, если в Особенной части Уголовного Кодекса не содержится указание на то, что деяние было совершено по неосторожности, это значит, что оно было произведено с умыслом.

Если использовать именно такую трактовку законодательного акта в судебном делопроизводстве, то при рассмотрении экологических преступлений (а они видятся в большинстве своем как неосторожные) они будут признаны умышленными. Подобная практика чревата разрозненностью правоприменения и тотальными нарушениями в защите общественных ценностей.

К примеру, при несоблюдении природоохранных правил при проведении определенных работ, которые повлекли массовое истребление скота или прочие опасные последствия, их невозможно будет отличить от экоцида. Последний подразумевает процесс массового уничтожения животного и растительного мира. В первом случае, в соответствии со статьей 246 Уголовного Кодекса, форма вины не прописана, а мера наказания – до 5 лет тюремного заключения. Что касается экоцида, статья 358 УК также не регламентирует форму вины и предусматривает наказание до 20 лет лишения свободы.

Если все признаки преступлений будут полностью совпадать, правонарушителю будет вменен значительно менее тяжкий состав преступления. Это подразумевается статьей 49 Конституции РФ, в которой говорится, что при возникновении неустранимых сомнений трактовка вины осуществляется в пользу обвиняемого.

Что касается описываемого случая, по статье 217 Уголовного Кодекса РФ при отсутствии прямого указания на неосторожность признание действия умышленным без сомнений приведет к противоречию в формально-логическом формате. В случае нарушения ответственным лицом правил безопасности возникает ситуация реальной угрозы для жизни, которая отличается умыслом. Поэтому гибель одного или нескольких человек не может являться частью умысла, даже косвенного.

Несмотря на это, законом утверждается, что действия, указанные в статье 217 Уголовного Кодекса, могут происходить исключительно по неосторожности. Поэтому если основной состав будет признан умышленным, возникнет конструкция, которая не имеет логики. Ответственный сотрудник не желал и не допускал (либо надеялся на предотвращение) нарушения, но в то же время отчасти желал и допускал в силу несоблюдения правил безопасности ситуации, когда гибель людей виделась реальным фактом, который невозможно предотвратить.

Обобщая вышеизложенное, можно утверждать, что в случае умышленного отношения ответственного сотрудника к гибели людей квалификация деяния не может подразумевать последствие, возникшее по неосторожности.

В то же время, если гибель человека признается законом опасным последствием, совершенным по неосторожности и возникшим по причине нарушения правил безопасности, полностью исключается признание формы угрозы умышленной.

В соответствии с ч. 1 статьи 217 Уголовного Кодекса РФ, преступление не признается совершенным с умыслом, в том числе косвенным. Об этом можно говорить после сопоставления содержания статьи и норм, предусматривающих ответственность за умышленное допущение последствий, которые содержатся в указанной выше статье.

Также часть 1 статьи 217 Уголовного Кодекса описывает опасные для общества последствия:

Во втором случае можно говорить об объективном признаке покушения на убийство. В соответствии с опасностью для жизни человека есть признак покушения на причинение тяжкого вреда здоровью. В соответствии с требованиями статьи 66 Уголовного Кодекса РФ, минимальное наказание за подобные действия начинается от 6 лет тюремного заключения. По статье 217 УК РФ лишение свободы вообще не предусмотрено. Что касается причинения существенного материального ущерба, статья 167 определяет возможность лишения свободы даже вне зависимости от наличия и формы умысла.

В соответствии с вышеизложенным, можно резюмировать, что статья 217 не предусматривает ответственность за противоправные действия, которые совершались с косвенным умыслом. Нарушение правил безопасности, которое стало причиной наступления опасных последствий, является дополнительным признаком, благодаря которому можно конкретизировать бездействие или действие ответственных лиц. Указанные обстоятельства требуют внесения в содержание статьи 217 изменений. Необходима более строгая ответственность за допущение тотальных последствий, чем указано в статьях 105, 111 и 167 Уголовного Кодекса РФ.

На практике картина выглядит абсолютно противоположной, никакой ответственности за правонарушения, в том числе совершенные с косвенным умыслом, по ст. 217 сегодня нет. Согласно содержанию указанной статьи, рассматриваемое преступное деяние может быть исключительно неосторожным, вне зависимости от того, заведомо ли нарушались действующие правила безопасности. Статья 27 УК РФ регламентирует исключительно преступления, где очевиден умышленный состав, ее положения не перекликаются с содержимым ст. 217. Поэтому указанные в последней правонарушения трактуются в категории средней тяжести. Подобные выводы резюмируются также в Указании Генеральной Прокуратуры РФ № 797/11.